До сих пор казалось, что «тюльпановая революция» в Киргизии означала окончательное разоблачение и дискредитацию технологий «оранжевых революций». Нужно было поменять Акаева, но что получили заказчики, кроме дестабилизации Киргизии и резкого усиления уголовно-криминальных элементов, понять невозможно. В конце концов, это закончилось тем, что Бакиев как более слабый президент пошел на более близкое сотрудничество с Россией, чем это позволял себе Акаев. Особенно сейчас, когда страна оказалась в тяжелой экономической ситуации.
«Цветные революции» — это помесь корыстно-протестных элементов и энергетики молодежного протеста
Давайте вспомним, какие признаки «цветных революций» существуют. Первое. Они совершаются в странах, политическое руководство которых очень зависимо от Вашингтона. То есть либо это просто провашингтонские политики, либо зависимые политики, которые не могут позволить себе каких-либо резких политических движений против воли Вашингтона. Поэтому в случае открытых выступлений оппозиции они вынуждены спрашивать разрешения (на их подавление — KM.RU) и, как правило, его не получают.
Второй момент — это наличие активированной (молодежной) прозападной тусовки. Это такая помесь корыстно-протестных элементов с использованием материальных ресурсов и объективной энергетики молодежного протеста (обычно националистического толка). Очень удобно, когда при этом есть еще территориальный конфликт, к которому, так или иначе, имеет отношение Россия. Ну и все это происходит на фоне избирательной ситуации. То есть после выборов, которые, как правило, заранее объявляются нелегитимными. Одновременно объявляется «приемлемый» («честный») победитель выборов. А если в реальной ситуации так не происходит, то это служит сигналом к началу «цветной революции».
Румыны тянут только на субподрядчиков
Самое смешное то, что в Молдове был продемонстрирован тот же самый сценарий. Все шло как по нотам. Но в итоге «гол не засчитан». А потому что не было заказчика. Дело в том, что заказчик «цветной революции» может находиться только в Вашингтоне. Даже не в Брюсселе.
Воронин обвиняет Румынию. Не знаю, насколько это является официальной политикой нынешнего румынского руководства или игрой какой-то части румынского политического истеблишмента, но румынский след здесь очевиден. Вся эта прорумынская, по сути, оппозиция, которая подпитывается Румынией, не могла затеять подобных выступлений против воли последней. Причем Бухарест в данном случае не может выступать не только заказчиком, но и подрядчиком. Это субподрядчик. И это очень смешно. Потому что ребята все сделали как надо, а товарищи им говорят: «Вы что, белены объелись? Мы этого не заказывали».
А не заказывали по одной простой причине. Просто так из «гуманитарных соображений» американцам не нужно плодить жадную и вороватую клиентелу, чтобы потом ее кормить. Ее надо кормить зачем-то, с какой-то целью. Собаку, к примеру, натравливают на врага. Но натравливать в данный момент Молдову на Россию глупо, потому что РФ от Молдовы нечего не нужно. В Закавказье, например, у нас есть важнейший стратегический интерес: чтобы Грузию и другие страны этого региона не «выкорчевывали» из пространства экономического сотрудничества с РФ.
Россия имеет обязательства перед Приднестровьем
Конечно, Россия имеет обязательства перед Приднестровьем. Я не полностью разделяю стиль и содержание российской политики в последнее время (из Абхазии и Осетии уйдите, но за это с Приднестровьем мы будем давить в сторону урегулирования на молдавских принципах). Россия же почти продавила в свое время меморандум Козака.
Приднестровцы не хотят быть частью Молдавии. Тем более что, как показали эти события, в Молдавии есть очень сильная националистическая волна, стремящаяся к воссоединению с Румынией. Но в Приднестровье румын нет. В ПМР проживает огромное количество молдаван, русских и украинцев абсолютно без всяких конфликтов. Здесь никогда не было миграции на национальной почве. То есть ни один человек не покинул ПМР из-за того, что ему было дискомфортно в результате конфликта. Приднестровье вообще представляет собой уникальный случай, когда в конфликте с националистами оно не противопоставило симметричный шовинизм.